«Антикризисной программы по рынку труда не существует»

- Как вы оцениваете нынешнее положение на рынке труда в России?
- Сегодня в России даже с отслеживанием статистики есть проблемы, потому что статистика по безработице, на мой взгляд, намеренно искажается для того, чтобы занизить показатели. Эффективных мер в борьбе с безработицей сейчас нет и, наверное, быть не может. Речь не идет о решении системных проблем, связанных с занятостью населения, которые могли бы решаться через перепрофилирование моногородов и предприятий. Мы в нынешней ситуации переживаем последствия того, что в предыдущие годы не принимались подобные системные решения. Соответственно, и политика борьбы с безработицей носит характер латания дыр. При этом прежде всего используются административные меры. Это попытки воздействия на бизнес и на госпредприятия, для того чтобы уговорить или заставить их не сокращать радикально трудовые коллективы.
- Если перевести эту проблему на региональный уровень…
- То же самое проявляется на уровне субъектов, когда губернатор пытается оказать давление на предприятия. В этом есть элемент игры, в том числе и политической, поскольку для того, чтобы отчитываться перед центром, губернаторы должны делать вид, что ситуация с безработицей налаживается, а предприятия также должны каким-то образом сделать вид, что у них все не так плохо.
- Но ведь цифры сложно поддаются «политическим играм».
- Для этого используются те меры, которые не фиксируются или плохо фиксируются статистикой. На самом деле скрытая безработица возросла через временные отпуска, которые могут затягиваться на много месяцев.
- Вы сейчас АвтоВАЗ имеете в виду?
- В том числе. Ситуация с ВАЗом у нас на глазах: все эти игры с остановками конвейера, с вынужденными отпусками, с сокращением рабочей недели и т.д. Формально можно утверждать, что безработицы нет и все люди на своих местах. Просто вопрос в том, сколько они работают и сколько получают. Поэтому со скрытой безработицей бороться невозможно, она растет за счет формального снижения официальной безработицы.
- Как вы оцениваете проблему моногородов, столь остро обозначившуюся на фоне кризиса?
- Там, где речь идет о моногородах или о крупных предприятиях, всем понятно, что ситуация на рынке труда просто ужасающая. И те социальные взрывы, которые происходят в этих моногородах, это лишний раз доказывают. Каким-то регионам «повезло» больше, каким-то меньше… Моногородов больше, например, в Уральском федеральном округе. Но это не говорит, о том, что там ситуация хуже: там много нефтяных моногородов, которые не так плохо себя чувствуют.
Хуже всего в тех регионах, где автомобильная промышленность и черная металлургия. Города, которые завязаны на автомобильные заводы и металлургические комбинаты, страдают больше всего. Поэтому на них особое внимание обращают и федеральное правительство, и губернаторы.
На самом деле получается замкнутый круг. Меры властями принимаются только на один-два года. А реальной антикризисной программы, связанной с рынком труда, не существует. Только латание дыр в надежде на возврат конъюнктуры на мировых рынках, когда проблемные предприятия получат заказы и возможность экспортировать продукцию.