— Самарская клиника стала третьей по счету после кировской и пермской в списке центров, которые открывает в России «АльфаСтрахование». Какие общие тенденции в развитии здравоохранения вы могли бы отметить?
— Уровень развития медицины в стране практически везде одинаков. Однако Самара отличается очень сильным профессиональным сообществом.
Родился 27 июня 1968 г. в Кургане.
В 1992 г. закончил Томский государственный медицинский университет.
В 2002 г. — Томский государственный университет.
В 2007 г. — окончил Стокгольмскую школу экономики MBA General Management.
С 2005 г. — коммерческий директор МКЛПМУ «Городская больница №3» (Томск).
С 2008 г. — генеральный директор УК «Евроклиник».
С 2009 г. — генеральный директор ООО «Медицина АльфаСтрахование».
АЛЬФАСТРАХОВАНИЕ
Объединяет ОАО «АльфаСтрахование», ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» и ООО «Альфастрахование-МС». Консолидированный уставный капитал составляет около 5,5 млрд руб. Группа «АльфаСтрахование» входит в состав финансово-промышленного консорциума «Альфа-Групп» (Альфа-Банк, «Альфа-Капитал», ТНК-ВР, А1, «Росводоканал», X5 Retail Gpoup N.V., Altimo, «СТС Медиа» и другие). В конце 2009 года Группа «АльфаСтрахование» приобрела «АВИКОС-АФЕС», крупнейшую компанию авиационного и космического страхования. На территории России страховую деятельность осуществляют более 380 региональных представительств. Услугами группы пользуются 1,5 млн частных клиентов и более 100 тыс. компаний. Имеет международный рейтинг финансовой устойчивости Fitch и высший рейтинг надежности А++ рейтингового агентства «Эксперт РА».
По информации из открытых источников
В Перми, например, клиник такого уровня, как здесь гораздо меньше, а в Саратове вообще нет. Когда мы разрабатывали проект создания собственной сети многопрофильных медучреждений, исходили из того, что в каждом городе-миллионнике должно быть не меньше 5-10 таких центров. Наша клиника, например, при полной ее загрузке рассчитана на 260 тыс. посещений в год. А по статистике, в среднем человек обращается к медикам не меньше пяти раз в год. Значит, в нашем случае число пациентов должно достигнуть цифры в 45-50 тыс. человек. По нашим подсчетам, платить за медицинское обслуживание готово 15—20% потенциальных клиентов, но если учесть численность населения Самары, окажется, что клиник катастрофически не хватает, а спрос на качественные услуги — огромен. Инвесторы не могут его удовлетворить по разным причинам, зачастую не хватает главного — финансирования. Но мы себе можем позволить вложить средства в открытие центров и ждать отдачу 2,5 года, времени, когда они начнут окупаться.
— В частной медицине есть проблема — клиентов останавливает стойкое убеждение, что их «раскручивают» на «повышенный чек». Не опасаетесь этого?
— Этого как раз и надо избежать. Мы все время говорим о том, что не платим врачу «сдельщину» — в этом принципиальное отличие нашего подхода к организации труда. Как только пациент теряет доверие к врачу, клинику можно закрывать — его не переубедишь. И мотивация врача, и его зарплата никак не связаны с «раскруткой» клиента. Регламенты, которые мы устанавливаем, напротив, ориентированы на минимальное количество обращений за счет высокого качества обслуживания и максимальный поток приходящих к нам людей. У нас работает жесткая система контроля, эта служба в онлайн-режиме отслеживает работу каждого сотрудника и дает свое заключение по поводу правильности и длительности диагностики и лечения. Ведь клиники отчитываются перед страховщиками, и высокое качество оказания медуслуг в конечном счете гарантирует приток их клиентов.
— Какими Вы видите перспективы медицинского страхования в нашей стране?
— В этом секторе я вижу большой потенциальный рост. У наших клиник в разных городах своя структура портфеля, где-то большая часть — застрахованные в страховых компаниях люди, где-то - преимущественно люди с улицы. До кризиса объемы добровольного медицинского страхования росли на 20—25% в год, но сейчас они упали на 10%. В любом случае развитие «доброволки» возобновится, потому что другого просто не дано. Либо вы платите из кармана сумму, которая в десятки раз больше, чем стоимость полиса, либо покупаете страховку, которая покрывает ваши возможные риски. Государство должно сделать все для того, чтобы работодателю-страхователю было интересно страховать своих сотрудников, этот рынок действительно огромен. Сейчас застрахованы в основном корпоративные клиенты, физических лиц — единицы. И переломить сознание граждан очень тяжело, нужно предлагать доступные для них продукты, а не такие дорогие, как сейчас.
Как делают на Западе? Перед тем, как человек страхуется, он проходит медицинский осмотр. Вы же не можете продать страховку тяжелобольному по цене полиса, предназначенного для относительно здорового. Так что и у нас пора запускать этот механизм. Прошел медицинский осмотр — оценили твои риски, рассчитали стоимость и оформили страховку.
Государство предусмотрело некоторые меры: работодатели получают налогооблагаемую прибыль по затратам, которые идут на ДМС из фонда заработной платы.
— Может ли в медицинском страховании система скидок по безрисковым договорам работать как в автостраховании? Допустим, человек не обращался к врачу год, два и на третий он получает льготу?
— Машина — не человек, который с возрастом начинает заболевать. Говорить о скидке, наверное, можно только после медицинского осмотра.
Какая у нас сейчас ситуация? Вы покупаете полис ДМС и, в лучшем случае, он включает в себя посещение поликлиники, стоматологию и экстренную госпитализацию. А если, не дай бог, случается что-то серьезное, вас берет на обслуживание ОМС. А муниципальные учреждения, работающие в рамках обязательного медстрахования, не секрет, недофинансированы на 30—60%. Так что появление новых продуктов станет стимулом для развития частной медицины. Страховая компания здесь выступает экспертом, который стоит между деньгами клиента и качеством оказания услуг. Она — посредник. В ОМС тоже есть свои проверяющие, но там нет акционеров, которые дорожат своим именем и следят за дивидендами, и государственные деньги в итоге расходятся на многочисленные потоки.
— Тем не менее ответственность несут все — и те, и другие...
— Знаете, где бы мы ни открывали клиники, муниципалитеты везде просят их включить в программу ОМС. Но мы этого не делаем. Первое — нам это финансово невыгодно. Второе — опыт показывает, что совместить оба потока невозможно, кто-то в любом случае будет страдать. По программе обязательного медстрахования клиент может прийти в клинику любое количество раз и в любое время. Если же вы при этом гарантируете клиенту по ДМС, что он придет по записи и ему будет выделено полчаса, а не 15 минут, у вас неизбежно возникает конфликт. Летом грядет очередная реформа — будет принят новый закон, предусматривающий разделение учреждений на бюджетные, казенные и автономные. Сдвинуть с места здравоохранение — титанический труд, и, насколько эффективной станет новая система, пока неясно. Если в Америке расходы на здравоохранение составляют 16% ВВП, то у нас — меньше 5%. Для того, чтобы эти тем не менее огромные деньги вливать правильно, надо менять саму структуру. Мы, в свою очередь, работаем на одну идею — дать человеку возможность выбора. Он может прийти в муниципальную больницу и заплатить там 350 руб. за прием у врача, а может прийти в частную клинику и заплатить 500 руб. Либо он ценит свои 150 руб., либо время и нервы. В Самаре желающих обратиться в наш центр немало, в 1,5 раза больше, чем в той же Перми, к тому же здесь гораздо более развиты виды ДМС. И мы это ценим, предлагая услуги высочайшего качества.